Чудесный нож

У Ирджана было два сына — Акыл-бек и Нуркала. Перед смертью отец стал делить свое наследство — скот.

— Мне ничего не нужно, — сказал Нуркала, — отдай только вот этот нож, что в золотой оправе, который ты всегда берег, отец!

Отдал Нуркале Ирджан свой нож, а старшему сыну — скот. Когда отец умер, Акылбек выгнал брата из дому. И пошел Нуркала странствовать по белу свету. Вскоре приютил его один добрый казах Сусанбай, который жил с женой Ирисгюль. Нуркала стал с ними жить, помогая им в хозяйстве.

Сусанбай был старый, детей у него не было, и он и жена его Ирисгюль полюбили Нуркалу, как сына родного.

Однажды ночью Нуркала спал на открытом воздухе, в степи. И во сне увидел две полные луны. Утром он обратился к Сусанбаю за разъяснением этого сна. Сусанбай ответил ему, что одна луна всегда была, а вот другая луна — это дочь хана.

И стал с этих пор Нуркала думать о ханской дочери: не ест, не пьет, решил он жениться на ней.

— Иди к хану, — сказал он Сусанбаю, — и высватай за меня его дочь.

— Что ты, да разве хан отдаст за тебя Ай-Ханым? — сказал Сусанбай.

Нуркала и слушать не хотел: «Хочу на ханской дочери жениться», — да и только. И пошел Сусанбай в ханский аул сватать Ай-Ханым за Нуркалу, а у самого ноги дрожат, зуб на зуб не попадает.

Хан стоял возле своей юрты, когда к нему подъехал Сусанбай. Поклонился Сусанбай баю до земли и рассказал, зачем он приехал. Нахмурился хан:

— Считал я старых людей всегда умными. Есть у тебя, старый дурак, жена и дети?

— Жена-то есть — Ирисгюль, а детей все время не было и нет; вместо сына я взял к себе Нуркалу.

— Так, старый дурак, не забудь это: пусть твой Нуркала завтра же на той вон горе поставит золотой дворец, а если не поставит, тебе, ему и жене твоей Ирисгюль будет конец.

Хан ушел в юрту и лег на подушки. Больше со стариком Сусанбаем не стал разговаривать.

Опечалился старик Сусанбай и, понуря седую голову, тихо поехал домой.

— Пропали мы, Ирисгюль, — сказал он жене. — Ездил я к хану сватать его дочь за нашего Нуркалу, и велел хан построить в одну ночь золотой дворец на горе, которая видна из ханской кибитки. Заплакала старуха:

— Жили столько времени и беды не знали, а вот, поди ты, надо же такому греху случиться.

Нуркала ничего не знал, его не было дома: он у колодцев скот поил; пришел в кибитку и видит: убиваются старики. Рассказал ему Сусанбай о их беде, а Нуркала засмеялся и говорит:

— Задача нетрудная, к утру построю дворец.

Вышел из кибитки, оседлал коня и поехал к горе. Там он в глубокую полночь бросил отцовский нож на землю, и вдруг появился золотой дворец.

Вышел утром хан, смотрит и глазам своим не верит — на солнце так и сияет роскошный дворец Нуркалы, отливая золотом. Хан послал жигитов узнать, что это за чудо такое на вершине горы. Вернулись жигиты, про дворец говорят, какой он неописуемой красоты: таких в свете не было.

— Видно, судьба твоя, Ай-Ханым, — сказал хан, обращаясь к дочери, — выйти замуж за Нуркалу.

Начались свадебные пиры. Сусанбай с женою были почетными гостями. По аулу раздавались песни — это молодежь веселилась. А после свадебного празднества молодые поселились в золотом дворце.