|
У одного мужика была жена сварлива и упряма; уж что, бывало, захочет, дак муж дай ей, и уж непременно муж соглашайся с ней. Да больно она льстива была на чужую скотину; как, бывало, зайдет на двор чужая скотина, дак уж муж и говорит, что это ее.
Страшно надоела жена мужу.
Вот однажды и зашли к ней на двор барские гуси. Жена спрашивает:
— Муж, чьи это гуси?
— Барские.
— Как барские!
Вспылила со злости, пала на пол.
— Я умру, — говорит, — сказывай: чьи гуси?
— Барские.
Жена охает, стонет. Муж наклонился к ней:
— Что ты стонешь?
— Да чьи гуси?
— Барские.
— Ну, умираю, беги скорей за попом. Вот муж послал за попом; уж и поп едет.
— Ну, — говорит муж, — вот и священник едет.
Жена спрашивает:
— Чьи гуси?
— Барские.
— Ну, пущай священник идет, умираю! Вот исповедали ее, приобщили, поп ушел. Муж опять.
— Что с тобою, жена?
— Чьи гуси?
— Барские.
— Ну, совсем умираю, готовь домовище! Изготовили домовище. Муж подошел:
— Ну, жена, уж и домовище готово.
— А чьи гуси?
— Барские.
— Ну, совсем умерла, клади в домовище. Положили в домовище и послали за попом. Муж наклонился к жене, шепчет:
— Уж домовище подымают, нести хотят отпевать в церковь.
А она шепчет:
— Чьи гуси?
— Барские.
— Ну, несите!
Вот вынесли домовище, поставили в церкви, отпели панихиду. Муж подходит прощаться:
— Уж и панихиду, — говорит, — отпели; выносить хотят на кладбище. Жена шепчет:
— Чьи гуси?
— Барские.
— Несите на кладбище!
Вот и вынесли; подняли домовище опушать в могилу, муж нагинается к ней:
— Ну, жена, уж тебя в могилу опущают и землей тотчас засыплют. А она шепчет:
— Чьи гуси?
— Барские.
— Ну, опущайте и засыпайте!
Домовище опустили и засыпали землею. Так уходили бабу барские гуси!
Была у одного мужа жена, да только такая задорная, что все ему наперекор говорила. Бывало, он скажет:
«Бритое», — а уж она непременно кричит: «Стриженое!» Всякий день бранились! Надоела жена мужу; вот он и стал думать, как бы от нее отделаться.
Идут они раз к реке, а вместо моста на плотине лежит перекладинка:
«Постой, — думает он, — вот теперь-то я ее изведу».
Как стала она переходить по перекладинке, он ж говорит:
— Смотри же, жена, не трясись, не то как раз утонешь!
— Так вот же нарочно буду!
Тряслась, тряслась, да и бултых в воду.
Жалко ему стало жены; вот он влез в воду, стал ее искать и идет по воде в гору.
— Что ты тут ищешь? — говорят ему прохожие мужики.
— А вот жена утонула, вон с энтой перекладинки упала!
— Дурак, дурак! Ты бы шел вниз по реке, а не в гору; ее теперь, чай, снесло.
— Эх, братцы, молчите! Она все делала наперекор, так уж и теперь, верно, пошла против воды.
| 
